Цитаты из «Ликвидации»

— А где у нас случилось?
— Пара незаметных пустяков. Вам что-то захотелось, мадам Шмуклис?
— Немножечко щепотку соли. Эмик, такое счастье, надыбал глоссика.
— Скажите пожалуйста, Два-больших-расстройства надыбал глоссика?
— Таки да.
— Целого? Или одни плавнички?

— Виляет хвостом как скаженный.
— Так надо жарить. При такой густой жаре глоссик долго не выдержит.
— Так я за что?! Эмик ухнул пачку соли в помойное ведро.
— Так шо, если помои посолить, они будут лучше пахнуть?
— Ой, ну я вас умоляю, Фима, вы же знаете за Эмика, он если не сломает, так уронит, и как раз таки не помимо пальца, а на самые ноги!
— Мама, он проснулся и не хочет!

-За что семечка?
-За пять.
-Это больно..
— Хай за три, ток с недосыпом.
— Давай за четыре с горкой.

— Добрый вечер, Давид Маркович! Что новенького в Уголовном Кодексе?

— Тут уголовный розыск, а не баня — нэма ни голых, ни дурных.

— Ой, ша, шо я вижу, Давид Маркович, я еще таки не слепая, но скоро буду об этом жалеть, Циля моет посуду, посмотрите на ту фифу.

— Мама! Я зарежу себя ножиком!
— Режь! Делай маму сиротой!

— Такая вот картина маслом.

— Что значит мало? Сара тоже кричала: «Мало!», а потом нянчила семерых бандитов, не считая девочек!

— На Пересыпи как-то раз три некрасивых пацана привстали на дороге как шлагбаумы. Повитягали из карманов перья, кастеты и сами такие смелые стоят, с понтом на мордах сделать нам нехорошо. Так Дава, ни разу не подумав, пожал им сходу челюсть. Они от такого здрасте пообронили свой металлолом, схватили ноги в руки и до хаты. — Набрали таки ещё пять — шесть солистов до ансамбля… Так надо ж бежать! Так нет он стал столбом и…..

— Дава, ты таки босяк! Зачем ты туда полез? Пять стволов это тебе не пачка папирос, они таки стреляют. Ты же не окно в женской бане, зачем в тебе дырка?

— Фима, закрой рот с той стороны, дай доктору спокойно сделать себе мнение!

— Фима, собирайся, сейчас сядешь у меня в кабинете, и я тебя не выпущу, пока ты мне не выучишь Уголовно-процессуальный Кодекс от заглавной буквы «У» до тиража и типографии!

— Есть грамотные люди, которые не хочут, чтобы их портреты печатались в газете «Правда», и они-таки имеют на это право.

— А если бы он признал тебя, дырку в тебе сделал? Не к ордену, а так, до сквозняка!

— Народ там с душком, очков не носит.

— Куда дели награбленное?
— Награбленное.
— Нет! Заработанное передовым трудом! Не строй мне тут Клару Целкин.
— Сеня, друг (не дай Бог, конечно), что ты мне истерику мастыришь? Ты посмотри вокруг и трезво содрогнись. Ты уже себе наговорил на вышку. Теперь тяни на снисхождение суда, мудрое, но несговорчивое.
— Сеня. Верни награбленное в мозолистые руки. Тебе ж еще с них кушать.

— А шо, инкассаторы — физкультурники, пешком гуляли?

— . я жертва, я така жертва!
— Ты не жертва, ты паскудник. Ты не лопатник у фраера сработал, ты друзей под пулю подвёл.

— Шо ты кипятишься как тот . паровоз? Доктор, умная душа, тебя просил не волноваться и ходить!

— Не делай мне невинность на лице!

— Нет, мне это нравится, я стою в кокарде у всей Одессы на глазах, и это унижение мне предлагает друг! Мой бывший лучший друг!
Давид Гоцман, идите кидайтесь головой в навоз — я вас не знаю. Мне неинтересно ходить с вами по одной Одессе.
— Фима! Ты говоришь обидно.

— Я тебя умоляю! Не делай горя с пустяка!
— в Одессе в музыке понимают я, Столярский и еще полторы головы!

— . то есть, есть Лёня Утёсов и немножечко Бах!
— За Баха ближе к ночи, ты давай за Эву!

— . вот тогда будешь совать шнобель во все щели.

— Фима, мне надо до военных прокуроров, а ты вцепился, как лишай до пионерки.

-.. месяц держали в сарае, босяки, пока не дал им слово завязать.
— Завязали?
— Да! Полгода мучился, аж зуб крошился. А там пришёл фашист — было чем заняться.

— у меня глаз никаких нет, одна близорукость.
— Родя, скажу тебе как родному. Я нет-нет да думаю: может, я неправильно жил? Надо ж отбирать деньги у богатых и давать их бедным, а таким, как ты, давать по морде. Чтобы в мире была красота и гармония.

— Давид Маркович, я прошу пардона, люди хотят убедиться, что вы без оружия. Чисто формальный шмонец.
— Мне неинтересно полдня сидеть здесь для помолчать.

— Вася, скажи мне как коммунист коммунисту: мы сегодня будем ехать или повесим табличку «На похороны не торопясь»?

— Ты мне мансы тут не пой. У меня к тебе один исключительный вопрос: где взял волыну?

— Не расчесывай мне нервы!

— Вот уважаю Вас, но пфу Вам под ноги за Ваше каменное сердце!

— Мотя, ты ж молодец как я не знаю.

— У тебя сколько классов?
— Пять. В смысле, три.

— И где щас реверуется?

— В козла или в очко?
— В покер.
— Ишь какой интеллигент!

— Вот только папиросы не нашла, Эмик же ж не курит. Поменял на мыло, взял душистое трофейное, лучше б пять больших кусков, а он таки два маленьких! Так Циля взяла тот кусок — и нету, считай, весь вокруг себя змыла, так можно, я вас спрашиваю? Что там душить?

— Что вы за мной здесь всюду ходите?
— Ищем со спину вашу талию, мадам.
— Смотри где талия, она когда-то там была.

— Дипломатический интернат?
Да нет, девушка, на сироту вы не похожи. Ну, с голоса же слышно, шо вы красавица, каких не видно.

— Всем три шага назад и дышать носом!

— Мама, вы родили идиота!

— Шо вы кричите, мама, я понимаю слов!

— Какая здесь тебе жена?! Тут твоя мама!

— Ты загоняешь маму в самый гроб, сына, и даже глубже.

— Не расходуй мне последний нерв!

— Вы только не смотрите на себя в зеркало – ослепнете.

— Вбейте себе в мозг — беспределу ша. Погромы прекратить. Ночью должно быть тихо, что ночью в бане. Все вежливые до поносу. Кто-то не понял – два шага в сторону, чтоб не забрызгать остальных.

— Ну, не тяни кота за все подробности.

— Не понял ты меня, Сеня. Ты думаешь, что умнее одесского раввина?

— Главный ко мне.
— Я шо-то плохо не понял.

— Не жди поездку в Гагры!

ВАШИ ЛЮБИМЫЕ ФРАЗЫ ИЗ ФИЛЬМА

Мама Вы родили идиёта.

Не расходуй мне последний нерв!

«Вставай Давид,тебя убили»
«Да ты шо!и что,насмерть?»

Не тяни кота за все подробности! )

«Не делай маму сиротой!»

«Не делай мне нервы, их есть ещё где испортить!» (самая яркая фраза :D)

-За что сэмечки?
-За 5!
-Это больно!
-Давай за 4 с недосыпом!
-За 3 с горкой!

-А шо, если помои посолить, так они будут лучше пахнуть?
-Я вас умоляю, Фима, ви же знаете за Эдика, он если не сломает, так уронит
-Ты таки решил вогнать маму в гроб и даже глубже?
-Что вы делаете, мине больно, у мине же трещина в груди

— Врач сказал мне ходить — вот я и ходю! (когда Давид уже уложил Академика)

— Не могу. Я в завязке. Бате обещал. (Мишка Карась)

— Шо вы тама высматриваете?
— Ищем со спины вашу талию, мадам!
— Смотрите, где талия, она когда-то там была. А за корзинку — забудьте! Иначе наживете себе пачку неприятностей — это я вам говорю!

— И откуда она взялася, эта Циля, на мою голову?

Читайте так же:  Макет на заявление

Ну Фима — это вообще. Он только такими фразами и говорит. всю свою недолгую жизнь в фильме((((

Согласна с #54
Весь фильм — цитаты

-Картина маслом. (Гоцман)

-Я давно ношу руки в карманах, и вынимать их не собираюсь (Фима)

или вот ещё
Сеня следи за мыслью-в квартире есть шкаф, у шкафа дверцы, а по нему твои отпечатки как клопы

ШО?Я в уличные попки?!Нет мне это нравится, и это мне предлагает мой друг,мой БЫВШИЙ лучший друг. ))

Можно конечно сходить до этих Коноваловых и начистить им физиономии, но толку так и так не будет. Вы же всех профессоров пересажали

А я сирота Сеня, и моя мама на том свете встретит тебя хорошим дрыном не считая всех тех кого ты угрохал!)))

И вот ещё,все помнят история которую Гоцман Тишаку рассказывал про бандита «Муху» и их сотрудника?

Гоцман- Так вот тот муха был Паганини в стрельбе из пистолета,быстрый морг и надо было так отдохнуть.
Тишак- Давид Маркович,а вы зачем эту историю щас рассказали?
Гоцман(на выдохе) Лёня!не жди поездку в Гагры!))

Шнурочек я уже порезал,но ведь кто то её поставил,это не блатные,это не их подчерк,-вижу)

Давид Маркович а за шо вы меня 3ий раз уже спрашиваете?!

Васька,я щас сойду!
Шо укачало Давид Маркович?
От такого голоса и пропаносить не долго
Так тож секретное оружие против бандитов!

Сеня,тут тебе не баня,нема не голых,не дурных!)))

Я жертва я така жертва ликвидация

« Я шо-то плохо НЕ понял!»
« Закрой рот с той стороны!»
« Шо ты мне истерику мастеришь?»
« Давид Гоцман, идите кидайтесь головой в навоз — я вас не знаю. Мне не интересно ходить с вами по одной Одессе.»
« Здрасьте вам через окно!»
« Не делай мне нервы — их есть еще где испортить!»
« Фима, собирайся, сейчас сядешь у меня в кабинете, и я тебя не выпущу, пока ты мне не выучишь Уголовно-процессуальный Кодекс от заглавной буквы „У“ до тиража и типографии!»
« А вот вам здрасьте!»
« Тут уголовный розыск, а не баня — нэма ни голых, ни дурных.»
« Только не надо мне угрожать. Мне уже угрожали, и это плохо кончилось… для меня.»
« Не тяни кота за все подробности!»
« Всем три шага назад и дышать носом!»
« — Дава! Що Гута Израйлевна?
— Умерла. Еще до войны.
— До войны? А я ж собиралась к ней поехать…
— Так уже не спешите!»

« — Кудой?
— Тудой.» ( диалог с шофером)

« — По чем семачки?
— По 5 с горкой.
— Это больно!
— Ну тогда по 3 с недосыпом.
— Давай за 4 с горкой
— Давай, мой хороший»

« — Вопросы есть?
— Есть и много.
— Вы свободны, подполковник Гоцман.»

« — Я жертва, я така жертва!
— Ты не жертва, ты паскудник.»

« — А шо случилось?
— Давид, тебя убили.
— Да ты шо?! Насмерть?»
« — Теперь слушайте сюда! Вбейте себе в мозг: беспределу — ша! Погромы прекратить, на улицах должно быть тихо, как ночью в бане. Все вежливы до поносу. Хто-то не понял? Тогда два шага в сторону, чтобы не забрызгать остальных! Оружие, шо взяли на складах — вернуть! И помните: ещё полшага — и нарветесь на повальный террор. И у стенки мне стоять вместе с вами. Так шо, грызть буду всерьёз. Ну, шо молчите?
— А шо говорить? Вы ж сейчас отпустите, а потом опять таки пересажаете!
— Пересажаю! А кое-кого и шлёпну! Но по закону… Ну, так шо имеете сказать?
— По закону, Давид, можно. Мы согласны.»

— Алё… Ларису Ивановну хачу.
* * *
— Пойдём ресторан, туда-сюда потанцуем…
* * *
— Валик-джан, я тебе один умный вещь скажу, но только ты не обижайся: ты и она не две пары в сапоги…
* * *
— Слущий, какой нормальный человек в Москву без денег приедет. Ну пошёл в ресторан туда-сюда, закусил и кончил.
* * *
— Садитесь, пожалуйста.
— Спасибо, я пешком постою…
* * *
— Такую личную неприязнь я испитываю к потерпевшему, что кушать не могу.
* * *
— Я так думаю.
* * *
— Что вы можете сказать по поводу данного инцидента?
— Я все могу рассказать. Этот…
— Потерпевший.
— …потерпевший открыл дверь, а Валико-джан…
— Подсудимый.
— …а подсудимый сказал: «Здравствуй, дарагой». А потерпевший сказал: «Извините, я в туалет хочу». А она вискочился на улица и кричала « Милиция, милиция». А я сказал: «Валик-джан, пошли домой». И пошли…

— Людк , а Людк , глянь-к , яка сука крашена!
— Ну почему , это мой натуральный цвет.

Девушки , уймите вашу мать.

— Печальную весть принес я в твой дом , Нюрка! Шибануло вашего отца! Все , теперь так и останется…
— Что останется?
— Что , что? Косоглазие. А вы что подумали.

Людк , что это за пыспыс?

Извините , что помешал вам деньги прятать!

Знаете , как она меня называла? Митюнюшка. А я ее — Санюшка!

Инфаркт Микарда! Вот такой рубец!

Ну вот день взятия…
… показать весь текст …

Цитаты из к/ф Операция «С Новым годом!»

— Маленького в пижаме , в ушанке встретишь , приведи. Это мой.

— Вам-то хорошо… Вон только переломы , да ушибы.

— Доктор , пива не надо , операция серьезная.

— Друзья! Падает тот , кто бежит. Кто лежит , тот не падает. За бегущих!

Свет у нас горит. А руки , то есть руку , мы вымоем.
— Вам надо быть в масках , и в перчатках , и в халатах , а то вы все вон в пижамах. А этот даже в бороде! Нестерильный явно. И руки помойте!
— Слушай , может ты сам себе операцию сделаешь?
— Его надо усыпить , он…
… показать весь текст …

Я жертва я така жертва ликвидация

Вы, возможно, пропустили, но вообще-то сейчас идёт очередная волна полемики о вере и атеизме

Точнее, конечно, не о них. И даже не о верующих и атеистах. А о том, кто должен иметь в современной (и особенно завтрашней) России исключительное правовое положение — активисты анти-атеистического «движа» или анти-религиозного. Сражаются, по сути, держатели контрольных пакетов двух концептов, в которые входят:

а) право собственности на всех исторически пострадавших по религиозному/атеистическому признаку,

вытекающая из него

б) собственная правовая неприкосновенность

и вытекающее из неё

в) право определять, кто принадлежит к противоположному, виноватому лагерю, кто из этого лагеря слишком поднял голову и должен быть преследуем.

По сути борьба идёт за статус Авторитетной Жертвы — бесценный во многих отношениях. В настоящий момент таким статусом (причём наследственным) у нас в стране обладает лишь одна социальная прослойка — это условные «люди искусства». То есть представители профессий, составлявших медиа-класс в прошлом веке и пострадавших от государства. Государство их, как мы знаем из их же воспоминаний, нещадно преследовало — не печатало и не давало сниматься, снимало с эфира, не выпускало в зарубежные турне. А когда-то давно, лет восемьдесят назад, кое-кого даже расстреляло.

За эту историческую пострадатость предшественников — нынешние представители тех же профессий имеют определённые привилегии. Например, сообщать публике о мерзости государства, о душности наступившей диктатуры, об исторической неполноценности самого народа — и при этом получать казённые деньги в несколько более вольном режиме, нежели другие.

Но штука вся в том, что по сравнению с XX веком гуманитарная структура общества усложнилась. К медиа-классу, привычному государству и потому имеющему привилегии, добавились представители новых занятий: видеоблогеры, сетевые публицисты, интернет-активисты и проч. Все они тоже хотят иметь статус авторитетных жертв

Увы, поскольку «потомственным пострадавшим блогером» себя объявить довольно сложно — представители этого нового медиа-класса выбирают себе идейную, мировоззренческую преемственность от какой-нибудь группы жертв.

Например, можно причислить себя к Джордано Бруно, саудовскому казнённому студенту-атеисту, уральскому осуждённому условно покемонщику и прочим пострадавшим от религиозного мракобесия.

Можно, напротив, прибавить себя к жертвам «безбожных пятилеток» столетней давности и жертвам относительно недавнего расстрела в сахалинском храме.

Читайте так же:  Имеет ли гражданин россии иметь двойное гражданство

Можно назначить себя олицетворённой болью советских людей, брошенных в хаос 90-х. Можно назначить себя олицетворённой болью Империи, уничтоженной Советами.

Можно пытаться приватизировать на себя боль «репрессированных народов» — и, напротив, аккумулировать в своем образе боль народа русского, притесняемого россиянской многонационалией.

Можно даже — и учащающиеся попытки мы видим сегодня — свести к себе всё современное общество, с которым власть не делится природной рентой, посылает умирать в Сирию, рассорило с Западом и так далее (анекдотическим примером тут может служить попытка известного протест-блогера как-то примазаться к «угнетаемой нации пятиэтажек». Попытка тем более комичная, что она была разоблачена в течение суток собственными же конкурентами по «пятиэтажному дискурсу»).

Как легко заметить, все эти концепты строятся по одной схеме. Для начала само понимание мира инфантилизируется — то есть отбрасываются скучные оттенки, нюансы, взаимность претензий, переплетённость реальных отношений и так далее

Повышается, говоря языком фоторедакторов, контрастность — и самоидентификация доходит до простого «я — жертва». Далее, поскольку схема без этого не работает — изыскивается и назначается также и «палач». Это, разумеется, тоже общность коллективная, на которую навешивается коллективная же ответственность.

При этом, разумеется, тоже не обходится без шулерства — приходится навешивать на ближних православных казни далёкого ваххабитского королевства. Или напротив — навешивать на атеистов сахалинское преступление, совершённое вообще-то неоязычником. Но, поскольку сами «жертвенные» концепты в принципе являются спекулянтскими, дробящими реальность на куски, то такое шулерство выглядит в глазах держателей дискурсов вполне невинным.

И, наконец, начинается то, ради чего, собственно, всё затевалось — выставление счетов и требование защиты. То есть собственной «жертвенной» неприкосновенности и права контролировать проявления «палачества».

Вы спросите, где же тут финансирование? Оно в таких случаях появляется естественным образом — в виде грантов на деятельность, признанную необходимой.

…А теперь — самое главное.

Сейчас все эти «жертвенно-палаческие» концепты более или менее маргинальны. По логичной причине: позиция воинствующего пострадавшего — всегда позиция меньшинства, требующего чего-то от большинства. В нынешней ситуации, когда «под боем» находится вся страна целиком — такая позиция практически всегда обречена быть позицией неудачника

Собственно, именно этим, а вовсе не «хитрой работой спецслужб», объясняется тот факт, что главные держатели страдательных дискурсов всех мастей, как правило — люди крайне специфические.

Единственный сценарий, при котором эти концепты могут сработать — тот, где безусловный авторитет потеряет само государство. Причём произойти это может как в результате самоотчуждения власти от идеологического поля — так и, напротив, в случае если какая-нибудь из меньшинственных концепций станет слишком перевешивать в государственной идеологии. Неслучайно 90-е, когда государственные структуры официально «мочили красных», стали временем резкого подъёма всех групп, претендовавших на статус самых пострадавших от советской власти. Этот подъём вылился не только в «парад суверенитетов», но и в привилегированную непотопляемость целой группы медиа-персонажей, выбивших себе квоты на публичную ненависть и до сих пор ещё не окончательно задвинутых на задний план.

К счастью для всех — до логического завершения «антисоветского похода» российское государство не дошло. Оно сумело не только затормозить, но и отмотать кое-где назад, восстановив частично ценность советского периода истории и так и не придав окончательный статус священных жертв многочисленным претендующим

Однако опыт кое-каких соседних гособразований показывает, что меньшинственные боевые концепты никогда не рассасываются сами. И если государство будет демонстрировать даже не то чтобы «отчуждение от идеологии», но и просто бездарность в её реализации — они легко перехватят инициативу и наполнят собой смысловое поле.

А что бывает, когда официозом в государстве становится какой бы то ни было антигосударственный миф (а меньшинственные страдательные мифы — все антигосударственные) — мы тоже можем наблюдать прямо сейчас в целом ряде стран. Как дальних, так и совсем близких.

92.2% 2.6

Мы дна пока не достигли.
«Je suis Charlie» впереди.

35.3% 0.9

Национализм, например французский или голандский, — это большинственный страдательный миф?

0% 0.0

Повышается, говоря языком фоторедакторов, контрастность — и самоидентификация доходит до простого «я — жертва». вот так и просится яркий образ из «Ликвидации»
— . я жертва, я така жертва!
— Ты не жертва, ты паскудник. Ты не лопатник у фраера сработал, ты друзей под пулю подвёл.»

власть — это иерархия. но иерархия в обществе не одна. их несколько. некоторые не видны.
пытаясь разрушить властную иерархию, люди неосознанно освобождают место другим иерархиям.
и не факт, что они этим людям понравятся.
вот когда эти жертвы остальных под пули пока ещё скрытой иерархии подставят, будет уже поздно.

Я жертва я така жертва ликвидация

Для использования всех функций войдите в систему.

  • все
  • Политика
  • Общество
  • Экономика
  • Происшествия
  • В мире
  • Леди
  • Авто
  • Спорт
  • Hi-Tech
  • Наука
  • больше
  • Новый год
  • Дело Петика
  • Украина-Россия
  • Выборы-2019
  • Дело Брагуца
  • Русский язык
  • Стадион
  • Лицей «Orizont»
  • Plan B
  • Взрыв на Рышкановке
  • Продажа Air Moldova
  • Банковский скандал
  • Протесты оппозиции
  • Молдова-НАТО
  • Дело о парковках
  • Молдавские пилоты
  • Изб.система
  • Землетрясение
  • ДТП в Молдове
  • Приднестровье
  • Гагаузия
  • Бельцы
  • Хорошие новости
  • СтопХам в Молдове
  • Гороскоп дня
  • больше
  • русский
  • полная версия

Джен Псаки считает себя жертвой российской пропаганды

  • 10 июн 2014
  • 44
  • 4289

Я оказалась в хорошей компании, так как я — лишь одна из многочисленных американских чиновников, особенно женщин, которые стали объектом атак со стороны российской пропаганды», — приводит ее слова «Интерфакс».

По мнению Псаки, достаточно очевидно, что в этом случае правда находится на ее стороне, а не на стороне российских СМИ.

По мнению представителя Госдепа, усилия по дискредитации ее и других американских чиновников «связаны с тем, что США поддерживают сильную и демократическую Украину».

Кроме того, Псаки напомнила, что ее подчас антироссийские заявления по поводу, в частности, украинского кризиса отражают официальную позицию Вашингтона.

Цитаты из книги А.Пояркова «Ликвидация»

«Что значит мало? Сара тоже кричала: «Мало!», а потом нянчила семерых бандитов, не считая девочек!»

«На Пересыпи как-то раз три некрасивых пацана привстали на дороге как шлагбаумы. Повитягали из карманов перья, кастеты и сами такие смелые стоят, с понтом на мордах сделать нам нехорошо. Так Дава, ни разу не подумав, пожал им сходу челюсть.»

«Дава, ты таки босяк! Зачем ты туда полез? Пять стволов это тебе не пачка папирос, они таки стреляют. Ты же не окно в женской бане, зачем в тебе дырка?»

«Шо ты мне истерику мастеришь?»

«Давид Гоцман, идите кидайтесь головой в навоз — я вас не знаю. Мне не интересно ходить с вами по одной Одессе.»

«Здрасьте вам через окно!»

«Улыбайся, падла галстучная!»
Я шо-то плохо НЕ понял!»

«Закрой рот с той стороны!»

«Мама, почему я такой нерукий?»

«Не делай мне нервы — их есть еще где испортить!»

«Фима, собирайся, сейчас сядешь у меня в кабинете, и я тебя не выпущу, пока ты мне не выучишь Уголовно-процессуальный Кодекс от заглавной буквы «У» до тиража и типографии!»

«А вот вам здрасьте!»

«Тут уголовный розыск, а не баня — нэма ни голых, ни дурных.»

«Только не надо мне угрожать. Мне уже угрожали, и это плохо кончилось… для меня.»

«Добрый вечер, Давид Маркович! Что новенького в Уголовном Кодексе?»

«Мне доктор сказал ходить, я и ходю.»

«Так что молись за двадцать пять, как та ворона за голландский сыр!»(подразумевается тюремный срок)

«Не тяни кота за все подробности!»

добавлено через 7 минут
«-Граждане менты! Я имею кое-что сказать!
-…а Фима что-то имел сказать…»

«Конячник подставной — цекавая идея. Но зачем? Зачем ты сам туда полез? Для покататься с ветерком? А если бы он признал тебя, дырку в тебе сделал? Не к ордену, а так, до сквозняка! Народ там с душком, очков не носит.»

«Всем три шага назад и дышать носом!» (что-то вроде, всем тихо).

«И это все, что Вы имеете мне сказать?! И это лично Давид Гоцман, шо мы держим за легенду уголовки!»

» — Мне бы огоньку, Давид Маркович!
— Ага, и два ковша борщу.»

» — Дава! Що Гута Израйлевна?
— Умерла. Еще до войны.
— До войны? А я ж собиралась к ней поехать…
— Так уже не спешите!»

Читайте так же:  Ходатайство об истребовании доказательств у ответчика

» — А ты кудой смотрел?
— Куда я смотрел, куда я смотрел. Я смотрел на время: если не сдам все гроши до восемь ровно, так буду иметь счастье с фининспектором и прочим геморроем!
— Так теперь ты это счастье будешь хлебать ситечком!»

«— Кудой?
— Тудой.» (диалог с шофером)

» — По чем семачки?
— По 5 с горкой.
— Это больно!
— Ну тогда по 3 с недосыпом.
— Давай за 4 с горкой
— Давай, мой хороший»

«— Вопросы есть?
— Есть и много.
— Вы свободны, подполковник Гоцман.»

» — Я жертва, я така жертва!
— Ты не жертва, ты паскудник.»

» — А шо случилось?
— Давид, тебя убили.
— Да ты шо?! Насмерть?»

» — Куда направился?
— Отлить. Уже в немоготу.
— Павлюк!
— Я.
— Проведи его.
— Чтоб подержал?
— Если надо — подержит, если надо — оторвет. Даю минуту.»

«— Теперь слушайте сюда! Вбейте себе в мозг: беспределу — ша! Погромы прекратить, на улицах должно быть тихо, как ночью в бане. Все вежливы до поносу. Хто-то не понял? Тогда два шага в сторону, чтобы не забрызгать остальных! Оружие, шо взяли на складах — вернуть! И помните: ещё полшага — и нарветесь на повальный террор. И у стенки мне стоять вместе с вами. Так шо, грызть буду всерьёз. Ну, шо молчите?
— А шо говорить? Вы ж сейчас отпустите, а потом опять таки пересажаете!
— Пересажаю! А кое-кого и шлёпну! Но по закону. Ну, так шо имеете сказать?
— По закону, Давид, можно. Мы согласны.»

Значение ЛИКВИДАЦИЯ (ТЕЛЕСЕРИАЛ) в Цитатнике Wiki

Data: 2009-08-19 Time: 10:06:35

* Давид Маркович! Ви таки не поверите! Руки сами тянутся к затылку!

* Сеня, друг! Не дай Бог, конечно…

* Мама, я забыл немного денег!

* Мама! Я зарэжу сибе ножиком!

* Мама, вы не знаете шикарной жизни!

* А ну, пошла отсюда, шаромыжница!

* Что значит мало? Сара тоже кричала: «Мало!», а потом нянчила семерых бандитов, не считая девочек!

* Сёма, верни награбленое в мозолистые руки — тебе ж еще с них кушать,сам подумай!

* На Пересыпи как-то раз три некрасивых пацана привстали на дороге как шлагбаумы. Повитягали из карманов перья, кастеты и сами такие смелые стоят, с понтом на мордах сделать нам нехорошо. Так Дава, ни разу не подумав, пожалуй сходу в челюсть. Они от такого здрасте пообранили свой металлолом, схватили ноги в руки и до хаты. Набрать таки ещё пять — шесть солистов до ансамбля… Так надо ж бежать! Так нет он стал столбом и…..

* Ты вгоняешь маму в самый гроб и даже глубже!

* Скажите пожалуйста, «Два Больших Расстройства» надыбал глосика?

* Дава, ты таки босяк!Некому задницу надрать! Пять стволов это тебе не пачка папирос, они таки стреляют. Ты же не окно в женской бане, зачем в тебе дырка?

* Фима, закрой рот с той стороны, дай доктору спокойно сделать себе мнение!

* Я вас умоляю, Фима, ви же знаете за Эмика: он если не сломает, так уронит — и как раз таки не помимо пальца, а на самый ноготь!

* Мама, он проснулся и не хочет!

* А где у нас случилось?

* Шо ты мне истерику мастыришь?

* Фима, ты говоришь обидно!

* Давид Гоцман, иди кидайся головой в навоз — я вас не знаю. Мне не интересно ходить с вами по одной Одессе.

* Здрасьте вам через окно!

* Улыбайся, падла галстучная!

* Я шо-то плохо не понял!

* Шо за шмурдяк ты пил?

* Не расходуй мне последний нерв!

* Не расчесывай мне нервы!

* Ну шо ты с ней цацкаешься? У нас и так дел за гланды!

* Я вас, дядя Ешта, конечно, уважаю, только тьфу вам под ноги за ваше каменное сердце!

* Закрой рот с той стороны!

* Мама, почему я такой нерукий?

* Только не надо на меня голос повышать.На меня уже повышали, и это плохо кончилось… для меня.

* Добрый вечер, Давид Маркович! Шо свеженького в Уголовном Кодексе?

* Фима,завтра сядешь у моём кабинете, и будешь учить Уголовно-процессуальный Кодекс от заглавной буквы «У» до тиража и типографии!

* Мне доктор сказал ходить, я и ходю.

* Не делай мне нервы — их есть еще где испортить!

* Так что молись за двадцать пять, как та ворона за голландский сыр!

* Я извиняюсь очень сильно, где таких, как ты, родют?

* Не строй мне Клару Целкин!

* Ну давай, делай маму сиротой.

* А вот вам здрасьте!

* Тут уголовный розыск, а не баня — нема ни голых, ни дурных.

* Сеня, оглянись вокруг и трезво содрогнись.

* Не тяни кота за все подробности!

* Вашу маму грубым образом!

* Есть хорошие люди, которые не желают, чтобы их портреты печатались в газете «Правда», и таки имеют право.

* Граждане менты! Я имею кое-что сказать!

* …а Фима что-то имел сказать…

* Коняшник подставной — цыкавая идея. Но зачем? Зачем ты сам туда полез? Для покататься с ветерком? А если бы он признал тебя, дырку в тебе сделал? Не к ордену, а так, до сквозняка! Народ там с душком, очков не носит.

* Всем три шага назад и дышать носом!

* И это все, что Вы имеете мне сказать?! И это лично Давид Гоцман, шо мы держим за легенду уголовки!

* Что вы кричите, мама, я понимаю слов!

* Выёживаться будешь в выходные.

* — Мне бы огоньку, Давид Маркович! — Ага, и два ковша борщу.

* — Дава! Що Гута Израйлевна? — Умерла. Еще до войны. — До войны? А я ж собиралась к ней поехать… — Так уже не спешите!

* — А ты кудой смотрел? — Куда я смотрел, куда я смотрел. Я смотрел на время: если не сдам все гроши до восемь ровно, так буду иметь счастье с фининспектором и прочим геморроем! — Так теперь ты это счастье будешь хлебать ситечком!

* — За что семачка? — За 5. — Это больно! — Ну тогда за 3 с недосыпом. — Давай за 4 с горкой — Давай, мой хороший

* — Вопросы есть? — Есть и много. — Вы свободны, подполковник Гоцман.

* — Я жертва, я така жертва! — Ты не жертва, ты паскудник.

* —Давид,вставай! —Шо там?. —Ничего,тебя убили. -та ты шо?насмерть?

* — Добрейшего утречка, Фима! — И Вам доброго! — А где у нас случилось? — Пара незаметных пустяков… Вам шото захотелось, мадам Шунгис? — Немножечко щепотку соли. Эмик, такое счастье, надыбал глосика! — Скажите пожалуйста! «Два больших расстройства» надыбал глосика? — Таки да. — Целого или одни плавнички? — Да. Виляет хвостом как скаженный! — Так надо жарить. При такой густой жаре глосик долго не выдержит. — А я за что? Так Эмик ухнул пачку соли в помойнэ ведро! — А шо, если помои солить, они будут лучше пахнуть? — Ой, я Вас умоляю, Фима, Вы же знаете за Эмика. Он если не сломает, то уронит, и как раз таки не помимо пальца, а на самый ноготь!

* — Куда направился? — Отлить. Уже в немоготу. — Павлюк! — Я. — Проведи его. — Чтоб подержал? — Если надо — подержит, если надо — оторвет. Даю минуту.

* — Теперь слушайте сюда! Вбейте себе в мозг: беспределу — ша! Погромы прекратить, на улицах должно быть тихо, как ночью в бане. Все вежливы до поносу. Хто-то не понял? Тогда два шага в сторону, чтобы не забрызгать остальных! Оружие, шо взяли на складах — вернуть! И помните: ещё полшага — и нарветесь на повальный террор. И у стенки мне стоять вместе с вами. Так шо, грызть буду всерьёз. Ну, шо молчите? — А шо говорить? Вы ж сейчас отпустите, а потом опять таки пересажаете! — Пересажаю! А кое-кого и шлёпну! Но по закону… Ну, так шо имеете сказать? — По закону, Давид, можно. Мы согласны.