Московский международный арбитраж

В соответствии с Федеральным законом №382-ФЗ, Третейские судьи Арбитражного третейского суда г. Москвы (АТСМ) разрешают любые экономические иски, с участием как физических, так и юридических лиц. При наличии в экономическом Договоре арбитражной оговорки или отдельного соглашения, где указаны реквизиты конкретного Третейского судьи, согласованного сторонами для разрешения возможных споров по Договору. Заседания Третейских судей проходят в Москве (для иногородних — по видеоконференцсвязи по Скайпу).

Иски по арбитражным соглашениям, заключенным до 01.11.2017 г., в связи с принятием нового ФЗ-382-ФЗ, рассматриваются в обычном режиме, но следующем ПОРЯДКЕ .

Судебное разбирательство проходит в единственном судебном заседании, на 10-й рабочий день с даты подачи иска. Принятое судебное решение является окончательным и подлежит обжалованию, только по техническим нарушениям.

Мы сами организуем исполнение наших судебных решений в России и за рубежом (в государственных судах, у Судебных приставов и в банках должников) силами членов Международного Арбитражного Альянса. Мы финансово гарантируем выдачу исполнительных листов и готовы вернуть арбитражный сбор в случае, если их не получим.

Третейские судьи АТСМ рассматривают споры также с участием иностранных граждан и иностранных юридических лиц по «российскому» или иному выбранному ими праву.

Чем негосударственный арбитраж нравится предпринимателям

Количество исполнительных листов, выдаваемых третейскими судами, стремительно растет. Неудивительно — негосударственный арбитраж приносит серьезную прибыль, его организация окупается чуть ли не за одно дело. Новый закон с осени не позволит делать из этого бизнес. Но владельцы судов уже нашли способы обойти запрет.

Чистая прибыль — 80% оборота, оборот — не менее 1 млн руб. в месяц при вложениях не более 350 тыс. руб. Такие цифры обещают держатели франшизы одного из российских третейских судов. Главное — это найти помещение, а судей и клиентов обещают предоставить из головной конторы.

Третейские суды в России появились еще в 1991 году, а в 1993-м государство определило правила работы международных коммерческих арбитражей. По сути, третейский суд — это джентльменское разбирательство между сторонами, которые договорились, что доверяют какому-то определенному арбитру в своем споре. Причем последним может быть кто угодно, не обязательно юрист. Дело получается не только прибыльное для судейских, но и удобное для компаний.

Многие корпорации, например «Газпром», имеют свои третейские суды. Благодаря их работе никто не узнает, из-за чего поссорились «дочки» и «внучки» компании, кто там кому не заплатил. К тому же в списке арбитров суда «Газпрома» сплошь звезды юриспруденции. И дела они разбирают быстрее, чем государственные арбитражные суды.

Именно конфиденциальность и оперативность стали главными преимуществами негосударственных судов. И продвигают свои услуги они вполне профессионально. Юристы с улыбкой вспоминают, как несколько лет назад выходящий на улицу хвост огромной очереди в государственный Арбитражный суд города Москвы любовался баннером с рекламой Арбитражного третейского суда города Москвы. Реклама очень кстати сообщала томящимся в ожидании юристам и предпринимателям, что в негосударственном суде с похожим названием все будет решено четко и без очередей.

Частный арбитраж давно популярен во всем мире. В Международном арбитражном суде в Париже, Лондонском международном арбитражном суде и Арбитражном институте Торговой палаты Стокгольма (это самые востребованные третейские суды) можно легко оставить сотни тысяч долларов за одно разбирательство. В США и некоторых странах ЕС больше половины всех коммерческих исков рассматриваются в третейских судах. А председатель Арбитражного третейского суда города Москвы Алексей Кравцов говорит, что лишь несколько процентов коммерческих споров в развитых странах доходят до государственных судов. Причина — никто не хочет выносить сор из избы, а третейские суды никогда не раскрывают детали дела, если сами стороны этого не хотят. Государственные суды устроены по-другому: их заседания часто открыты для всех желающих, а решения доступны на сайтах.

Сколько сейчас в России третейских судов и сколько они зарабатывают, точно не знает никто. По данным партнера КА «Юков и партнеры» Марка Каретина, третейских судов около 2,5 тыс., Алексей Кравцов насчитывает примерно 1,5 тыс., а авторитетный в этой сфере журнал «Третейский суд» — 387. При этом у одного действующего суда может быть несколько «участков», которые открывают франчайзи. Таким образом, если месячный оборот одного участка в среднем больше миллиона рублей, речь может идти о рынке в пару десятков миллиардов рублей в год.

Есть косвенный показатель развития отрасли, но он более объективный, чем сильно разнящееся общее количество контор,— это динамика выдачи исполнительных листов. С 2012 по 2015 год количество выданных листов выросло с почти 4 тыс. до более чем 8 тыс. За прошлый год количество дел, разбираемых в третейских судах, в целом удвоилось, а в Москве рост превысил 200%. Отметим, в этих судах любят выяснять отношения такие крупные организации, как Сбербанк, Первая грузовая компания, Федеральная сетевая компания.

Однако скоро бизнес на судах в России формально прекратит свое существование. С сентября этого года вступит в силу новый закон «Об арбитраже», который позволяет управлять третейскими судами только некоммерческим организациям (НКО). Ни о какой прибыли речи в этом случае идти не может. Законодатели решили, что карманные суды, выносящие решения в интересах владельца, вредят институту негосударственного арбитража. Поэтому судов при компаниях и частных фирм-арбитражей больше не будет. Но это не значит, что закон не пытаются обойти уже сейчас: многие не хотят терять столь прибыльное дело.

Частное и карманное

К российской государственной судебной системе имеется масса вопросов, но в 2000-х сильно оскандалились и отечественные третейские суды, в силу чего они до сих пор далеко не всегда пользуются доверием у бизнеса. Предприниматели приходили в банк, а там им навязывали «карманный» третейский суд. Пытались разобраться с должником, а тот банкротил сам себя и через прикормленный суд получал все свое имущество без выплаты долгов до того, как кредиторы успевали что-то доказать. Судились в третейском суде по поводу нечестного ведения бизнеса и получали явно предвзятое несправедливое решение.

Одними из первопроходцев в деле использования третейских судов для тиражирования «правильных» решений стали банки. В начале 2000-х они нередко включали в договор с клиентом третейскую оговорку. Суд был связан с банком и исправно выносил решения в его пользу. Если клиент банка пытался оспорить решение в государственном суде, там показывали договор, где клиент соглашался решать все споры в определенном третейском суде (третейская оговорка). Государственные судьи нарушений часто не находили, и банк оказывался прав, вспоминает руководитель аналитической службы «Инфралекс» Ольга Плешанова.

Например, в 2006 году возник спор у казанского банка «Ак Барс» и ООО «Строительно-монтажное управление N10» (СМУ-10). СМУ-10 обратилось в арбитражный суд Республики Татарстан с иском к «Ак Барсу» по поводу того, что последний якобы не перечислил ему на счет 50 млн руб.

СМУ-10 пошло сразу в государственный арбитраж, потому что не горело желанием судиться в предложенном ему третейском суде. Однако в контракте у сторон была третейская оговорка, и государственный суд рассматривать дело не стал, так что пришлось доказывать свою точку зрения в высшей инстанции.

В итоге дело в 2006 году дошло до Высшего арбитражного суда, который впервые признал третейскую оговорку банка недействительной и разрешил рассматривать дело в местном государственном арбитраже. С тех пор схему со «своим» третейским судом банки используют редко, но юристы говорят, что способы есть — например, кроме основного договора оформить дополнительный с той самой третейской оговоркой.

В середине 2000-х обнаружилось, сколь полезны третейские суды для мошенничеств с банкротством. Схема была проста: в «карманный» для банкрота третейский суд шли липовые подрядчики (подельники банкрота), которые легко доказывали, что банкротящаяся компания им должна. Затем в государственном суде они показывали решение третейского и получали исполнительный лист (документ, который выдают государственные арбитражные суды, когда нужно заставить проигравшую в третейском суде сторону выполнить решение), по которому забирали имущество банкрота в счет фиктивных долгов. Часто это работало, а настоящим кредиторам и подрядчикам ничего не доставалось.

Закон делу не помеха

Несмотря на бурное развитие третейских судов в последние три-пять лет, судиться в них в России по-прежнему не очень принято — там разбираются считанные проценты всей массы коммерческих споров. И даже главы третейских судов зачастую считают друг друга мошенниками. «Доверие наших клиентов к государственным судам на настоящий момент все же больше, чем к третейским. Однако уже не все третейские суды поголовно рассматриваются как «карманные»»,— говорит адвокат и старший юрист адвокатского бюро А2 Екатерина Ильина. Так или иначе сливки с рынка снимают самые известные, доказавшие свою независимость третейские суды. К ним идет большинство исков, и благодаря им этот рынок и растет.

Новый закон заставит третейские суды что-то придумывать для спасения бизнеса, и многие уже готовы к изменениям. В интернете по-прежнему находятся предложения по запросам «франшиза третейского суда» и «открыть третейский суд». «Этот бизнес очень прибыльный, расставаться с ним не хочется никому, и многочисленные схемы работы в новых условиях — еще одно свидетельство этого»,— говорит Ольга Плешанова из «Инфралекс».

Обойти закон можно такими, к примеру, способами: платить самому себе больше гонораров, если ты и владелец суда, и сам арбитр, или же стать участком какого-либо третейского суда и получать деньги за оказание услуг НКО.

Читайте так же:  Что входит в северный трудовой стаж

Третейский сбор, который предполагает судебная процедура, составляет несколько процентов суммы иска, но обычно в претензиях фигурируют миллионы рублей, поэтому и суммы негосударственный суд получает внушительные. «При взыскании, например, миллиона долларов США по спору с участием иностранной организации в третейском суде размер сборов составит примерно $25-30 тыс. в зависимости от престижности суда, а в арбитражном суде — в пределах $3 тыс.»,— приводит цифры партнер юридического бюро «Падва и Эпштейн» Антон Бабенко.

По оценкам юристов, у нанимаемых судей в третейских судах доходы могут быть в разы выше, чем в государственных, ведь большая часть третейского сбора (часто более половины) идет в карман судье как гонорар. Теперь гонорары судей в негосударственных судах будут еще солиднее. «По новому закону, скорее всего, учредители будут вынуждены больше платить арбитрам»,— полагает Марк Каретин.

Что касается взаимоотношений НКО и частных структур—участков, тут используют в основном схемы, в законности которых многие юристы сомневаются. «Деньги» списались с одним из судов — «Первым арбитражным учреждением» (другое название — Первый арбитражный третейский суд), у которого есть множество участков в регионах, работающих по франшизе, чтобы выяснить, как они будут зарабатывать после вступления нового закона в силу.

Сам суд уже переоформлен как НКО, но его участки-франчайзи продолжат работать как частные структуры. 90% сборов с каждого дела, рассматриваемого в участке, там же и остается. Это будет возможно, считают в «Первом арбитражном учреждении», поскольку закон не регламентирует работу участков — только самих судов. Под эту схему и продается франшиза желающим работать в регионах.

Председатель президиума федерального Арбитражного третейского суда города Москвы Владимир Колмаков полагает, что такая работа будет на уровне «полузакона» и вряд ли можно найти основания, чтобы законно платить частным фирмам-участкам. «Законодатель дает более года на то, чтобы желающие создали учреждения-правопреемники (НКО), в противном случае они будут вынуждены прекратить работу»,— говорит Владимир Колмаков.

Управляющий партнер CLC Наталья Шатихина (является также арбитром третейского суда «Газпрома») тоже уверена, что ни о какой коммерческой деятельности третейских судов с сентября речи идти не может, а Алексей Кравцов вообще называет подобные схемы пирамидой.

Эти аргументы не смутили «Первое арбитражное учреждение», с которым «Деньги» переписывались как потенциальный франчайзи. Там не понимают, почему им прочат проблемы, и пояснили, что участки получают деньги за обслуживание судебного процесса: от приема иска до выдачи исполнительного листа. После официального запроса комментария заместитель председателя «Первого арбитражного учреждения» Евгений Шельмин высказался следующим образом: «Нами уже завершена подготовка к переходу к работе в соответствии с новым законом. При этом этот переход нам позволяет работать и сейчас».

На вопрос, в чем его выгода, учитывая, что НКО не могут работать для получения прибыли, Евгений Шельмин отвечает, что для него работа третейского суда — дело принципа, а не денег: он хочет, чтобы в стране развивалось негосударственное правосудие.

После принятия закона, прогнозируют некоторые эксперты, в стране останется только несколько десятков третейских судов — остальные не смогут или не захотят работать в новых условиях. Но иные говорят о нескольких сотнях негосударственных судов.

Так или иначе новый закон поддержали прежде всего крупные и известные третейские суды — они и будут контролировать рынок в его новом виде.

О Первом Арбитражном третейском Суде

300025, г. Тула, пр. Ленина, 96
телефон: 8 (4872) 71-79-01

Первый Арбитражный третейский Суд/ Первое Арбитражное Учреждение
© Все права защищены. 2009 — 2018
Перепечатка допускается со ссылкой на первоисточник
Соглашение об обработке персональных данных

Третейский Арбитр

Крупная федеральная компания: НП «Объединение квалифицированных третейских судей и арбитров» Постоянно Действующее Арбитражное Учреждение «Межрегиональная арбитражная палата» (правопреемник Высший Арбитражный Третейский Суд; г. Москва, Новокузнецкое представительство № 42Н) открывает новые вакансии в городе Новокузнецке и во всех городах России: Третейский арбитр.

Вакансия доступна иногородним.

Обязанности:

  • поиск и нахождение потенциальных клиентов для подачи исков в ПДАУ;
  • проведение переговоров с потенциальными клиентами для включения ими в свои договора (контракты и соглашения) «арбитражной оговорки»;
  • телефонные консультации/переговоры с клиентами (юр. лица) по Арбитражу;
  • исходящие звонки потенциальным клиентам по имеющейся Базе справочно-информационных систем (возможно и с Айпи-телефонии или скайпа либо из иных социальных сетей);
  • выход на лицо принимающее решения;
  • назначение встреч клиентам: со старшим юристом суда, начальником юридического отдела, юристом в единственном лице, руководителем организации или иным ответственным лицом;
  • отчетность перед компанией за проделанную работу за неделю;
  • принятие участия в судебном разбирательстве в качестве единоличного арбитра либо в качестве коллегиального арбитра;
  • правомерное разрешение экономических споров клиентов обращающихся в ПДАУ.

Требования:

  • обязательно высшее юридическое образование (законченное).
  • опыт работы по специальности от 10-ти лет или наличие ученой степени.
  • остальные требования в соответствии с ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ».
  • обязательное оформление статуса третейского арбитра.
  • обязательно наличие ученой степени или стажа работы федеральным судьей либо третейским судьей (арбитром) от 10 лет.

Условия:

  • работа по совместительству.
  • удаленная работа.
  • работа в крупной компании российского масштаба.
  • предоставляем работу на всей территории РФ.
  • частичная занятость.
  • на дому.
  • оплата: 20 % от суммы арбитражного сбора за привлечение клиента + сдельная оплата (гонорар) за выполнение функций арбитра, по договоренности в зависимости от сложности рассматриваемого дела.

Откликнуться на вакансию

Третейские суды или как доказать право на существование

Первое Арбитражное Учреждение приостановило рассмотрение споров 1 ноября 2017 года в связи с получением разрешения на администрирование арбитража. Арбитражная реформа от 1 сентября 2016 года призвана вывести эффективность и качество третейского разбирательства в Российской Федерации на европейский уровень.

Пока юридический и административный отделы заняты бумажными делами, походами в МИНЮСТ и прочими процессами, связанными с получением разрешения.

В отделе развития и связей с общественностью поняли, что это хорошая возможность посмотреть на 10 лет назад и увидеть с чего же мы действительно начинали и к чему пришли. По счастливой случайности в этом году Первому Арбитражному Учреждению исполнилось 10 лет. Наступило время подвести итоги.

Первое Арбитражное Учреждение действует с 2006 года. Можно с уверенность сказать, что мы были одними из тех, кто зародил институт третейского разбирательства в России. В тот момент у нас еще не было ни опыта, ни имени, ни рекомендаций, поэтому приходилось каждому доказывать насколько это удобно и выгодно.

Мы развивались, обучались и обменивались опытом. Наши достижения и опыт начали пользоваться спросом, в свою очередь и третейские суды начали появляться в больших количествах. Это тема для отдельной большой статьи, здесь не об этом.

В 2012 году практика Третейского судопроизводства набрала популярность в РФ. Мы наладили сотрудничество с одиннадцатью независимыми Третейскими судами. Мы всегда были «ЗА» здоровую конкуренцию. Но в российской практике так сложилось, что третейские суды конкурируют не друг с другом, а с государственным судом. Конечно, это неверный подход. И введенная реформа однозначно повернет эту ситуацию в правильном направлении.

В 2013 году был открыт Судебный участок в Москве. Принято решение о масштабном развитии третейского судопроизводства с новым наименованием Первый Арбитражный Третейский Суд, который через год начал рассматривать споры с участием иностранных компаний.

В марте 2014 года, после исторического возвращения Крыма в состав РФ, открылся судебный участок в Симферополе, а к 2016 году количество открытых участков увеличилось до 30.

Специалистами суда был разработан и осуществлен курс по повышению правовой грамотности предпринимателей РФ. Одновременно запускаются и социальные проекты.

В сентябре 2016 года, в связи с вступлением в силу ФЗ «Об Арбитраже», Первое Арбитражное Учреждение становится правопреемником Первого Арбитражного Третейского Суда. Активно налаживается сотрудничество с университетами.

Сегодня Первое Арбитражное Учреждение не прекратило свою деятельность, мы по-прежнему делимся опытом, принимаем на практику студентов, участвуем в научных исследованиях и т.д. Только приступив к сбору документов для разрешения, мы сами осознали сколько всего уже пройдено и проделано. Уверены, что ни один Третейский суд не может представить такой широкий спектр благодарственных писем, дипломов, отзывов и проектов, которые в совокупности достигаю около 100 штук , как Первое Арбитражное Учреждение.

Благодарим общественность, бизнес, юридическое сообщество и предпринимателей за поддержку и отзывы, предоставленные вами в тот момент, когда мы объявили о прекращении приема исковых заявлений. В перечне требований МИНЮСТА есть требования ст.44 п. 8 абз 4 закона об арбитраже — репутация некоммерческой организации, при которой создается постоянно действующее арбитражное учреждение, масштаб и характер ее деятельности с учетом состава ее учредителей (участников) позволят обеспечить высокий уровень организации деятельности постоянно действующего арбитражного учреждения, в том числе в части финансового обеспечения создания и деятельности соответствующего учреждения, осуществление указанной организацией деятельности, направленной на развитие арбитража в Российской Федерации. Эти требования выполнены нами на 200%.

Пока работа над получением разрешения продолжается, отдел по связям с общественностью провел социологический опрос среди общественности по теме реформы Третейского разбирательства в Российской Федерации, в связи с вступившим в законную силу Федеральным законом «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации». В основном опрос проводился среди тех, кто когда-либо уже встречался с третейскими судами. Также благодарим наших информационных партнеров в помощи по распространению и прохождению опроса: Союз работодателей РО, Деловой портал Promdevelop.ru (Промразвитие), Деловой журнал «Инвест-Форсайт», Институт Управления, Бизнеса и Права,Ростовский государственный университет путей

Читайте так же:  Субсидиарная ответственность директора ооо по долгам

сообщения, Южный федеральный университет, Ростовский институт защиты предпринимателя, Российскую таможенную академию, проект «Законы для людей», Уполномоченного по правам человека, информационно-правовой портал «Гарант», средства массовой информации, предпринимателей, судей и т. д.

В опросе приняло участие 286 респондентов из разных городов России.

По результатам опроса можно подвести следующие итоги:

94,7 % опрашиваемых знают, что такое Третейский суд (Арбитражное Учреждение).

70,9% сталкивались с работой Третейских судов (Арбитражных Учреждений).

Среди преимуществ третейского разбирательства респонденты более всего отмечали скорость рассмотрения дела, отсутствие бюрократии и конфиденциальность спора.

Из 100% опрошенных респондентов, подавляющее большинство (85,2 %) слышало о Первом Арбитражном Учреждении.

Самым популярным источником получения информации о Первом Арбитражном Учреждении респонденты признали интернет.

Важным показателем проводимого опроса стал тот факт, что большинство слышало и знает об общественно-полезных проектах Третейских судов (Арбитражных Учреждений).

Несмотря на то, что одна часть респондентов испытывала трудности в ответах с выбором социально значимых проектов от Первого Арбитражного Учреждения, другая практически единогласно отдала предпочтение довольно новому проекту — «Экспертизе договора на юридические риски». Также были отмечены такие проекты как, практика студентов юридических специальностей, экспертное мнение, публикации в СМИ.

Практически единогласно респонденты оценили деятельность Первого Арбитражного Учреждения на высший бал из возможных, что подтверждает правильность стратегии развития, которой придерживается учреждение в обществе и бизнес- структурах.

В опросе приняло участие 51,4 % — мужчин и 48,6 % женщин, большей частью работающей возрастной категории от 20 до 40 лет с высшим образованием.

Благодарим каждого за участие в опросе. Мы ценим ваше мнение и желание внести свою лепту в развитие третейского разбирательства в России.

Материал опубликован пользователем. Нажмите кнопку «Написать», чтобы поделиться мнением или рассказать о своём проекте.

Высший арбитражный третейский суд вакансия

Мы хотели бы пригласить Вас на собеседование по вопросу рассмотрения Вашей кандидатуры на вакансию Судьи Федерального арбитражно-третейского суда.
Внимание, ЭТО ВАЖНО! Функции третейского судьи и условия работы сформулированы в нашей вакансии на сайте www.hh.ru пожалуйста предварительно ознакомьтесь.
Собеседования проходят по адресу: .
При себе иметь Ваше резюме, паспорт (оригинал и копии всех заполненных страниц), диплом (оригинал и копию), трудовую книжку (копию), две рекомендации от юристов и три цветные фотографии 2,5х3,5.
Состоится ознакомление с деятельностью Суда, разъяснение функции вакантной должности, краткие личные консультации. Время собеседования пн-пт с 10-30 до 17-30.
Для записи на собеседование и заказа пропуска звонить по телефонам . Схема проезда на собеседование доступна при просмотре приглашения на сайте
Вакансия: Cудья Федерального арбитражно-третейского суда
компании: Люберецкий районный центр юридической помощи, ООО

Посмотреть вакансию можно по этой ссылке: http://hh.ru/vacancy/6118558

я таки просто офигел

В двух словах. В среде людей, занимающихся этим вопросом, ребята нерукопожатны уже более года. Сам от них три раза «приглашения» получал.

В двух словах. В среде людей, занимающихся этим вопросом, ребята нерукопожатны уже более года. Сам от них три раза «приглашения» получал.

А можно поподробнее объяснить, в чем дело? Тоже получила такое приглашение.

А вы слышали о Федеральном третейском суде?

Евгений Суханов, доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского права МГУ им. М.В. Ломоносова
Прежде всего надо отметить, что третейский суд — не какой-то малый, «игрушечный» суд, а особая юрисдикционная форма защиты гражданских прав. Это арбитраж, то есть специальная процедура, а не судебное разбирательство (к сожалению, арбитраж только у нас традиционно понимается как разновидность государственного суда или судопроизводства, тогда как во всех остальных странах это особая юрисдикционная процедура, которой добровольно подчиняются участники какого-либо спора, сами выбирая для его разрешения арбитра (арбитров) и заранее соглашаясь с его решением).
Осуществление правосудия — исключительная функция публичной власти, государства, и третейский суд ее не охватывает. Следовательно, и третейский судья — это не мини-судья, он не может иметь ни удостоверения, ни мантии, ни судебных исполнителей, ни других атрибутов правосудия. Г-н Мамонтов этого либо не знает, искренне заблуждаясь, — тогда он и его коллеги просто занимаются не своим делом, не понимая его сути и содержания; либо знает это и намеренно вводит в заблуждение других лиц, что уже граничит с откровенным мошенничеством.
Федеральный третейский суд вводит людей в заблуждение хотя бы одним только своим названием. Если он федеральный, то в таком случае, например, Третейский суд при ТПП РФ — региональный? В соответствии с действующим Законом «О третейских судах» последние создаются при каком-либо органе (ТПП, РАО «Газпром», Союзе юристов и т.д.), ибо, не будучи самостоятельными субъектами права, не могут существовать сами по себе, подобно известной кошке, гуляющей по крышам. ФТС создан при холдинге «Сделано в России»? Тогда он и должен именоваться «Третейский суд при холдинге таком-то», а не дезинформировать людей полунамеками на свою федеральную, стало быть, некую «полугосударственную» природу. Ясно, что и отношение к третейскому суду при каком-то холдинге будет иное, нежели к загадочному федеральному суду.
Следует подчеркнуть, что и никакой системы, иерархической структуры третейских судов тоже не может быть в силу самой их природы. Здесь никто никому не может подчиняться, поэтому попытка создать систему третейских судов во всех регионах РФ и назначать туда судей и незаконна, и неверна по сути.
В версии же С.П. Мамонтова присутствует не только система судов, возглавляемая ФТС и включающая налоговые (!) суды федеральных округов. Своих «судей», которых выбирают он и его коллеги, они обряжают в мантии, снабжают удостоверениями, привлекают в их число судей в отставке (что также прямо запрещено законом). В планах председателя ФТС — основание европейского и общемирового (возможно, и межпланетного?) третейского суда, как об этом можно прочитать в изданных им «Ученых записках ФТС».
Вывод из сказанного может быть только один: г-ном Мамонтовым создана явно незаконная и со всех точек зрения крайне сомнительная организация, от которой, пока она существует, добросовестным участникам имущественного оборота лучше держаться подальше.

Роман Бевзенко, начальник Управления законодательства Высшего Арбитражного Суда РФ
Меня несколько настораживает само название суда. Слово «федеральный» вызывает устойчивую ассоциацию с государством, государственными органами. Вместе с тем третейский суд по определению не может быть связан с государством, иначе это уже не третейский суд.
Смущает и внутренняя структура Федерального третейского суда — наличие в нем, скажем, «Басманного районного суда г. Москвы Федерального третейского суда».
Кроме того, в проспекте ФТС содержатся весьма странные иллюстрации. Так, на страницах, повествующих о полезности, скорости и экономичности судебного разбирательства, помещены фотографии, призванные, видимо, продемонстрировать все эти действительно замечательные особенности третейской процедуры. Однако почему-то на них изображены люди в судейских мантиях (третейские судьи не заседают в мантиях), а залы, в которых проходят слушания, снабжены государственными символами Российской Федерации. Более того, насколько я помню, на одной из фотографий в кадр вообще попала клетка для содержания подсудимых. Видимо, для иллюстрации брошюры были использованы фотографии залов государственных судов.
Совершенно непонятно, кто же такой этот «третейский судебный пристав», исполняющий решение Федерального третейского суда, и почему он может накладывать штраф за неисполнение решения ФТС. В документах ФТС написано, что данный штраф является частью третейского соглашения и причитается стороне, в пользу которой было вынесено решение. Тогда неясно, каким образом действия «третейского пристава» могут быть обязательными для третьих лиц (ст. 80 Третейского кодекса, на основе которого действует ФТС).
Федеральный третейский суд в своей брошюре разместил примеры положительной реакции на сам факт существования подобного суда со стороны различных органов государственной власти (в основном субъектов Российской Федерации). Я не думаю, что это правильно с этической точки зрения. Мне всегда казалось, что главными критериями при выборе сторонами договора того или иного третейского суда должны быть авторитет и компетентность арбитров, входящих в его состав.
В некоторых третейских судах состав арбитров напоминает перечень авторов какого-нибудь классического учебника по гражданскому праву — настолько уважаемыми юристами являются третейские судьи. Когда внимание к третейскому суду привлекается не качественным составом арбитров, а иными факторами, не имеющими прямого отношения к принципам третейского разбирательства, видимо, есть повод задуматься: а будут ли соблюдены при разрешении дела в данном третейском суде эти самые принципы и в первую очередь — беспристрастность и компетентность?
В целом хочу сказать, что методы, при помощи которых рассматриваемый третейский суд привлекает к себе внимание, у меня симпатии и поддержки не вызывают.

Елена Носырева, доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой гражданского права и процесса ВГУ
В ноябре 2008 г. из администрации Воронежской области на кафедру гражданского права и процесса Воронежского государственного университета было передано письмо с приложенными материалами на имя губернатора Воронежской области с просьбой дать ответ о возможном сотрудничестве администрации области с Федеральным третейским судом. Реакцию на ознакомление с поступившими материалами можно выразить известным выражением: «Все это было бы смешно, если бы не было так грустно». Тогда мы ограничились кратким ответом о невозможности какого-либо сотрудничества в связи с тем, что представленные документы не соответствуют действующему законодательству, посчитав, что большего внимания подобное предложение не заслуживает. Однако в свете выпущенных недавно «Ученых записок ФТС» и опубликованного интервью с его председателем мы считаем, что оставлять без оценки эту инициативу нельзя.
В первую очередь необходимо отметить противоречивость суждений С.П. Мамонтова. С одной стороны, он постоянно ссылается на Федеральный закон «О третейских судах в РФ», на основе которого якобы создан Федеральный третейский суд. С другой — говорит о том, что этот третейский суд организован с целью развития системы «мирового (в смысле мирного) посредничества» и является способом примирения. Хотя это уже совершенно другая процедура, и законодательство о третейских судах здесь совершенно ни при чем.
Далее, если это все-таки третейский суд, то почему Сергей Мамонтов называет его досудебным порядком урегулирования споров? Третейский суд выступает альтернативой правосудию, а не досудебной процедурой. В ст. 11 ГК РФ он указывается в качестве самостоятельной формы защиты гражданских прав наряду с арбитражными судами и судами общей юрисдикции. Похоже, что организаторы данного третейского суда, необоснованно присвоив ему статус «федерального», просто не ориентируются в законодательстве и не знакомы с теорией и практикой третейского (арбитражного) разбирательства, известной во всем мире.
Деятельность третейских судов основана на принципе автономности, следовательно, они не составляют никакой системы — ни горизонтальной, ни тем более вертикальной. Каждый третейский суд (постоянно действующий или аd hос) самостоятелен и независим. Кроме того, по своей сути третейский суд — это не орган, а состав третейских судей, избранный сторонами для разрешения споров. Роль постоянно действующего третейского суда заключается лишь в оказании сторонам содействия в организации третейского разбирательства. Поэтому всякие попытки создать систему третейских судов по внешнему образу государственных судов и найма на работу третейских судей противоречат природе данного института и вводят в заблуждение участников гражданского оборота, которым такая система предлагается.
Непонимание природы третейского суда привело организаторов ФТС к тому, что в их Третейском кодексе, определяющем правила разбирательства, содержатся просто вопиющие положения. Вот только некоторые из них: «председатель третейского суда рассматривает особые дела, он вправе назначить себя в качестве председательствующего при рассмотрении любого дела третейского суда»; производится «замещение вакантной (!) должности третейского судьи»; «председатель третейского суда может назначить для рассмотрения спора состав из трех третейских судей независимо от соглашения сторон»; «расходы, связанные с исполнением решения третейского суда, в том числе и оплата услуг третейского судебного пристава, а также возмещение его расходов, взимаются со стороны, являющейся должником в деле»; «одновременно с выдачей стороной поручения третейскому судебному приставу на осуществление действий по исполнению решения третейского суда взыскатель уступает третейскому судебному приставу право требования присужденного с должника»; «заседание проводится в соответствии с нормами гражданско-процессуального и арбитражно-процессуального законодательства»; «стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение или используя другие примирительные процедуры, если это не противоречит настоящему (т.е. Третейскому) кодексу». И это далеко не полный перечень выдуманных авторами документа тезисов, ни в коей мере не соответствующих действующему законодательству.
Единственной положительной стороной обнародованной документации Федерального третейского суда следует признать то, что она может стать показательным примером при обучении студентов-юристов, как недопустимо организовывать третейское разбирательство.

Читайте так же:  Штраф по ст 145 коап рф

Вадим Чубаров, доктор юридических наук, директор Центра арбитража и посредничества ТПП РФ
Центр арбитража и посредничества является структурным подразделением Торгово-промышленной палаты РФ. К числу основных задач Центра относится организация арбитражных (третейских) разбирательств в третейских судах при ТПП РФ, функциональное обеспечение их деятельности, а также развитие этих судов.
На протяжении многих десятилетий сотрудники Палаты занимаются решением практических вопросов, связанных с организацией арбитражных (третейских) разбирательств. Возникающих при этом проблем предостаточно, однако, если вы стремитесь решать их в рамках Конституции РФ, ГК РФ, АПК РФ и ГПК РФ, ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации», Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже», иных нормативных правовых актов, — это один подход. Совсем другое дело, когда люди лишь формально пытаются использовать процедуру третейского разбирательства, а цели преследуют абсолютно иные. Для профессионалов, которые работают в Центре, в последнем случае любая фальшь особенно заметна.
Согласно ст. 19 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» постоянно действующий третейский суд осуществляет третейское разбирательство в соответствии с правилами постоянно действующего третейского суда. В третейских судах при ТПП РФ данные правила называются Регламентом МКАС, Регламентом третейского суда для разрешения экономических споров и т.п. Содержание правил имеет большое значение для сторон, включая и то, какой орган и когда именно их утвердил. Так, регламенты арбитражных (третейских) судов при ТПП РФ утверждаются ТПП РФ.
Совсем иная картина в Федеральном третейском суде. Во-первых, правила третейского разбирательства в этом суде называются не Регламентом, не Положением, не Правилами, а Третейским кодексом. Во-вторых, нигде не указывается, кто утвердил этот Кодекс. Если сообщить заявителям, что Третейский кодекс Федерального третейского суда утвержден ЗАО «Холдинг «Сделано в России», абсолютному большинству из них все станет понятно. В-третьих, неясна даже дата принятия Кодекса, хотя эта деталь, как отмечалось, чрезвычайно важна.
Вызывает недоумение централизованная структура ФТС со службами третейских приставов, безопасности, председателями Верховного Суда, краевых судов и судов субъектов РФ, которая противоречит Федеральному конституционному закону «О судебной системе Российской Федерации», ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» и «Об исполнительном производстве».
Даже если учредители ФТС хотели открыть отделения третейского суда на местах, что на практике иногда делается, зачем с маниакальным постоянством создавать их в виде слепков с государственных судов общей юрисдикции: Тушинский районный суд г. Москвы Федерального третейского суда, Хорошевский районный суд г. Москвы Федерального третейского суда и т.д.? А в подкрепление писать, что Третейский кодекс, в котором вся эта централизованная структура закреплена, легализован в компетентном государственном суде (ст. 80 Третейского кодекса)? Ведь профессионалы знают, что никакой процедуры легализации в государственных судах правил третейского разбирательства (регламентов, положений, кодексов, наконец) не предусмотрено.
Согласно ст. 50 Третейского кодекса решение ФТС обязательно со дня вынесения для всех организаций, должностных лиц и граждан. Это также вызывает недоумение, поскольку основополагающим принципом третейского разбирательства является его добровольность. Последняя, в свою очередь, может быть достигнута только между сторонами гражданского правоотношения. Соответственно решение того или иного третейского суда обязательной силы для третьих лиц не имеет.
Известно, что об уровне третейского разбирательства в третейском суде говорят принятые им решения. При ознакомлении с рядом принятых в 2008 г. и опубликованных на сайте ФТС решений по конкретным делам нельзя не обратить внимания, что в них отсутствует надлежащее обоснование компетенции третейского суда. С этой целью здесь приводятся ссылки на уведомления судов г. Москвы о получении решения об образовании ФТС или на его аккредитацию; на Третейский кодекс, который относит к компетенции ФТС и дела, находящиеся за пределами полномочий третейских судов (п. 2 ст. 1 ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации»); на правоспособность третейского суда, в чем вообще нет юридического смысла.
В случае с ФТС мы имеем дело с непрофессионалами, чьи цели весьма далеки от тех принципов третейского разбирательства, которые закреплены в ст. 18 ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации».

Владимир Дорошков, доктор юридических наук, секретарь Пленума Верховного Суда РФ
В целом следует отметить, что развитие третейского разбирательства в нашей стране — положительный момент, своего рода продолжение традиции, ведь третейские суды существовали еще в Древней Руси, прекращая вражду, распри, конфликты.
Сегодня третейские суды в соответствии с ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» представляют собой негосударственные органы, которые разрешают в специальном порядке по соглашению сторон определенные виды гражданско-правовых споров, но не осуществляют правосудие. Соответственно исполнение решений таких судов — сугубо добровольное дело сторон. При этом третейские суды — не органы исполнительной власти и поэтому не могут брать на себя функцию по исполнению своих решений, это не их прерогатива.
Специальные внесудебные процедуры разрешения споров предусмотрены как в арбитражном, так и в гражданском процессе. Однако эффективно работать они будут только тогда, когда государство и общество смогут контролировать соответствующие органы. В эпоху «теневой экономики» и «теневой юстиции» говорить о подобном контроле пока рано, а бесконтрольное третейское разбирательство таит в себе большие опасности: многие преступные элементы захотят использовать этот механизм с целью обогащения и наживы, претворения в жизнь неправосудных решений и прочих махинаций.
Сложно себе представить, что решения третейских судов могут исполняться какими-то «параллельными» третейскими приставами, которые будут действовать наряду с представителями государственной власти. На примере захватов предприятий мы уже наблюдали столкновение официальной власти и частных охранных структур. В условиях отсутствия контроля со стороны государства и общества над третейским разбирательством повторения истории, по всей вероятности, не избежать.

Н. Шиняева,
Ю. Дарымова,
А. Фетисов,
«эж-ЮРИСТ»